Честь советских историков
Зашла речь о советской истории, и я вспомнил теперь уже прошлогоднее дело советских историков. Высокопоставленный чиновник хунты по идеологии расовый коммунист Сванидзе публично науськал на двух профессоров истории чеченских головорезов. Трусливое и подлое сообщество советских историков коллег предало. В угоду Сванидзе составило Заключение, в котором признало вину авторов вредного пособия по истории Вдовина и Барсенкова. Причем коллеги признали не только научные ошибки Вдовина и Барсенкова, но и политические! Недавно власти опять затеяли демагогическую болтовню о «десталинизацию». Если уж кто и нуждается в десталинизации, то это тов. Сванидзе с гоп-компанией «либералов» и «диссидентов».
Мне тогда отписали в комментариях, дескать, не так уж всё и плохо.
«… Заключение очень даже неплохое (и много лучше, чем можно было априори ожидать) - оно то как раз и дает оценку качеству пособия и профессиональной компетентности "красных профессоров", оставляя за скобками политические вопросы (за исключением пары дежурных фраз)».
Наконец, нашёл время ознакомиться с текстом научного Заключения.
«История России. 1917-2004» (М., Аспект Пресс, 2005);
«История России. 1917-2007» (2-е изд-е, доп. и перераб., М., Аспект Пресс, 2008);
«История России. 1917-2009» (3-е изд-е, расшир. и перераб., М., Аспект Пресс, 2010)
(принято на заседании комиссии от 15.11.2010)
Если бы у советских историков имелись понятия о профессиональной чести, то первым делом они указали бы на недопустимость угроз своим коллегам со стороны Сванидзе. Но профессиональные советские историки живут по понятиям холуйским, и они, как привыкли, устремились исполнять указания начальства – нарыть компромат на опальных коллег.
В угоду Сванидзе и Кадырову учёный совет советских историков старательно несёт такую вот позорную околесицу:
«В учебном пособии имеет место такое выстраивание фактов, цифр, цитат, логическая заданность которых предопределяет некорректные характеристики ряда народов СССР.
Освещение еврейской проблематики с преимущественно негативным подтекстом, неоднократное повторение тезиса о «непропорциональном представительстве» евреев в политической и культурной элите страны и т.п. создает впечатление об антисемитской подоплеке этих рассуждений.
Целесообразно было бы обратить большее внимание студентов на духовно-нравственные аспекты исторической науки, на задачи формирования в обществе патриотизма, национального согласия, толерантности».
Мало того, что Учёный совет не защитил и гнусно предал своих коллег, он ещё и поддержал клевету против них. Нет в учебном пособии Вдовина и Барсенкова никакого антисемитизма или шовинистического наезда на нерусские народы СССР.
«Пособие написано в рамках идеологических установок путинского режима, профессора Вдовин и Барсенков старательно выполняли идеологический госзаказ. Так что Сванидзе и Альбац грязно клевещут на своих русских коллег по охранительству.
Путинский режим в качестве своего идеологического базиса опирается на советские стереотипы и предрассудки населения. Вдовин и Барсенков решали идеологическую задачу примирить русский народ с советской историей, оправдать и укрепить идейные основы Многонациональной РФ. И тут они существенно отличаются от Альбац-Сванидзе, которые считают правильным объясняться с русскими лаем гулаговских овчарок.
Вдовин и Барсенков подсчитывают процент евреев в руководстве Партии и в НКВД не в целях разоблачения нерусского характера советской власти, а для опровержения версии о политике советского государственного антисемитизма и якобы национального угнетения нерусских народов советской властью. Нет в пособии и прямой апологии Сталина. Во всяком случае, авторы не ставят перед собой такую задачу. В книге встречаются критические исторические оценки деятельности грузинского генералиссимуса. По мере сил авторы стремятся дать читателю объективную картину советской истории, упомянуть все значимые точки зрения и мнения.
Вдовин и Барсенков объясняют ужасы советского террора против русских, оправдывают уничтожение советской властью миллионов людей в России «объективной исторической и государственной необходимостью». И с помощью этого традиционного для советской пропаганды хода намереваются достичь исторического примирения русских и советчины.
Будто бы «националистические» и «ксенофобские» выдержки из пособия, которые приводили Сванидзе-Альбац, элементарно жульническое цитирование, подлые демагогические манипуляции. Пособие добросовестно придерживается спущенной путинским режимом установки на советский патриотизм. И не особенно отклоняется от агитпроповских клише».
«Вдовин и Барсенков в целом лояльные путинскому режиму советские патриоты русофилы и не более того. Сванидзе-Альбац гнусно клевещут, что советские профессора вели подрывную русскую националистическую пропаганду. Историки отнюдь не повинны в античекистской агитации против путинского режима, и я вообще сомневаюсь, что смолоду запуганные советские профессора способны к подобным эскападам».
В Приложении к Заключению коллеги перечислили массу фактических погрешностей и ошибок, обнаруженных в злополучном пособии Вдовина Барсенкова. Ну да, профессиональный класс невысокий, это мы тоже отметили.
«Но беда не только в том, что учебное пособие за авторство Вдовина и Барсенкова идеологически и политически сервильное. Также с прискорбием приходится констатировать крайне низкий научный уровень труда советских профессоров. Прямо говоря, уровень просто позорный. Стыдно за советских историков, но в их труде встречается масса, мягко говоря, фантастических утверждений».
И вот что характерно, приведя множество содержащихся в пособии ошибок и неосновательных утверждений, критики скромно обошли мифический «план Даллеса». Почему так? Вдовин сослался на утверждение генерала Бобкова и другие авторитетные чекистские источники.
«Стыд и позор, как на авторитетный источник профессиональный историк (профессор МГУ!) ссылается на пропагандистские измышления и лживые агитки чекистов. Однако по советским понятиям профессор поступает правильно, апелляция к авторитету КГБ-ФСБ реально поможет ему отбиться от нападок конкурирующей группы охранителей в лице Сванидзе-Альбац».
Так и получилось. Учёный совет не посмел критиковать «план Даллеса». Что тут скажешь. Повторю, что уже говорил.
«В деле историков мы имеем провокационный наезд гнусного жидочекистского мракобесия на глупое советское невежество. И что характерно, как бы противостоящие возрождению сталинизЬма Альбац-Сванидзе-Боннэр-Стругацкий и прочие чекистские интеллигенты (сексоты и стукачи) есть гораздо более опасные охранители советчины и тоталитаризма, чем безобидные терпилы Вдовин и Барсенок.
На чьей же стороне в деле историков должны быть русская демократия и гражданское общество? На своей собственной, конечно. Русские демократы, прежде всего, должны защищать от чекистской интеллигенции гражданские права и свободы в России. Книга Вдовина и Барсенкова глупая и невежественная, но объявление её преступной, требование от режима ужесточение цензуры и репрессий вольнодумцев под предлогом борьбы против сталинизма, использование кадыровских головорезов, есть действия прямо враждебные русской демократии, русским национальным интересам. И кто этого не понимает либо фатально глуп, либо «не понимает» столь простые вещи умышленно».