Pioneer (pioneer_lj) wrote,
Pioneer
pioneer_lj

Category:

Интеллигент из советского прошлого

Приступил просматривать интервью М.Шемякина в «Известиях», не ожидая ничего интересного, а по прочтении немало обогатился духовно. Шикарное интервью.
«Два года назад художник Михаил Шемякин перебрался из Соединенных Штатов, где прожил почти 20 лет, в Европу. В центральной Франции он купил старинный замок Шамуссо с двадцатью гектарами угодий. Здесь Шемякин разместил мастерские, уникальную библиотеку, Институт философии и психологии творчества и мечтает превратить свое поместье в "бастион российской культуры на Западе". Корреспондент "Известий" осмотрел владения и побеседовал с их хозяином»

«здесь у меня намного больше территории. Да и сама природа намного ближе американской. Я приехал сюда для того, чтобы быть ближе к России»

Кроме Франции, бедный художник не нашёл себе пристанища поближе к России. Видимо, подходящих замков не продавали.
«- Ты по-прежнему собираешься устроить на своих французских землях российский культурный плацдарм?

- Мне одному все тянуть сложно. В прошлом году на своем самолете ко мне прилетал Арсен Каноков, президент Кабардино-Балкарии. Оттуда родом и мой отец. Каноков поддержал мою идею создания культурного центра и пообещал выделить первый транш в октябре. Но разразился кризис, и господин Каноков исчез с горизонта. А я не Абрамович - живу от контракта до контракта. Но все-таки надеюсь, что мой глас вопиющего в пустыне достигнет ушей судьбовершителей. И наверху поймут, насколько все это важно».

Работящий художник приобрёл замок во Франции и живёт там думами о покинутой Родине. Он себе думает, а неплохо бы, чтобы Родина накатила ему бабла. Или откатила. Это уж как получится, Художник не гордый. Повелитель одной крошечной дотационной республики было пообещал откатить, или накатить бабла. Но не смог, был смыт безжалостным кризисом. Художник остался в недоумении, – Родина, где же бабло?!
«- А что ты собираешься делать со своим поместьем в Клавераке неподалеку от Нью-Йорка?

- Я опять-таки пишу письма российскому правительству и предлагаю создать культурный фонд в Клавераке - там у меня 12 гектаров земли. Но получаю отказы - денег нет. В свое время Путин выделил мне помещение в 600 квадратных метров для моего Фонда в Петербурге. Но потом все как-то ушло в песок. Однако пока живу – надеюсь».

Родина могла бы содержать поместье художника в Америке, так сказать, освободить творца от бремени. Он всё ещё ждёт и надеется.
«- Обиды на отечество не держишь?

- Что толку? Боль есть. Но я служил, служу и буду служить России. 5 сентября в Беслане - в пятую годовщину трагедии - будет открыт памятник моей работы. Он готов, осталось сделать пьедестал».

Интересно было узнать, почём художник изваял памятник. Конечно, если это не коммерческая тайна творчества.

Деньги художнику нужные не для баловства и разврата, он продвигает проект автоматизации художественного творчества.
«- Какие задачи решает твой Институт философии и психологии творчества?

- Это энциклопедическая база, которая избавляет живописца от необходимости изобретать велосипед. Если художник захотел, скажем, написать натюрморт с черепом, то он нажмет на кнопку, и на экране компьютера пройдет все, что было сделано на эту тему в живописи, графике, скульптуре».

Согласен, очень удобно. Следующим шагом пользователь сможет заказывать картины компьютерам, почему бы и нет. А художники будут создавать блоки-заготовки для базы данных таких картин.
- Не проиграла ли классическая живопись битву за умы и за кошельки? …

- … Не то что потеснили, а просто выбросили нас с наших площадок. Мы вместе с Сезанном остались где-то там, в прошлом.

В своё время подобные продвинутые разговоры одуряли советскую интеллигенцию не менее эффективно, чем позолоченное ситечко гипнотизировало Эллочку-людоедку. Даже в 90-е Шемякин ещё мог успешно придуриваться на российской сцене. А теперь его советское время ушло, и шестидесятнический репертуар смешон публике.

Нынешняя утрата относительной актуальности определяется тем, что в отличие от человека-собаки О.Кулика художник М.Шемякин неисправимо ущербен, он умеет рисовать. И хотя и специализируется на массовом производстве унылых уродцев, не может конкурировать с настоящими голыми гениями на четвереньках.

И если Родина не поможет своему сыну материально, художник до конца жизни останется без третьего замка.

Переходим к светлым воспоминаниям о встречах с любимыми Органами. Блудный художник вернулся в родной дом. А там всё и все как встарь.
«- Существовал ли в действительности тот мифический полковник КГБ, который якобы коллекционировал твои работы и помог тебе уехать на Запад?

- Он совсем не мифический. В свое время он мне представлялся Семеновым, а выяснилось, что его фамилия Попов. Меня не так давно приглашали на чай в "Большой дом" - питерский ФСБ. Я встретил тех же людей, которые занимались моим изгнанием. Меня приветствовали генералы и повели по тем же знакомым коридорам. "Почему у вас полы не менялись с того времени, когда меня вызывали к вам на допросы?" - поинтересовался я. - "Денег нет, Михаил Михайлович! Ищем спонсоров". Потом мне торжественно презентовали барометр с надписью: "Уважаемому гению - Михаилу Шемякину от ветеранов-чекистов в день юбилея Петроградской ЧК". Вручили ценный прибор в том самом кабинете, где меня допрашивали...»

Дарственный барометр от Петроградской ЧК злая шутка над подлецом, глумливая. И насчет старых полов и спонсоров это тоже тонкий чекистский юмор. Истинно советский человек тут обязательно обронит скупую слезу о свято хранящих большевицкие идеалы несгибаемых чекистах. И уверует пуще прежнего.

Так что ж там было, в мрачном тоталитарном прошлом, каким чудом художник спасся.
«- А если бы Шемякин не уехал из России?

- Меня бы уже давно не было в живых. Я бы либо спился, либо сгнил в лагерях. В свое время тот же полковник Попов сказал, что у меня есть три варианта: тюрьма, сумасшедший дом или изгнание. И предложил выбор. Он предупредил, что в психушке из меня за два-три года с помощью психотропных препаратов сделают просто овощ.

- Значит, выбора по сути не было?

- Да, но и изгнание было тайным. Мне даже запретили сообщать родителям, что я уезжаю. Это была операция одного отдела КГБ. И когда я полюбопытствовал, почему такие предосторожности, мне ответили: "Михал Михалыч, свои хуже врагов! Есть у нас другой отдел, который полагает, что вы группируете вокруг себя интеллигенцию. И за вами удобно наблюдать. А вы уедете, и распадется круг. Мы же считаем, что вас надо спасать для искусства"».

Это же какая производственная драма! Один отдел КГБ не хочет отпускать ценного агента, но другой отдел тайно шлёт диссидента на Запад.
«- Получается, что тебя, диссидента, спас КГБ?

- Так оно и было, спас - я не скрываю. На прощание перед изгнанием полковник Попов меня напутствовал: "Старайтесь поменьше выступать на Западе. Есть предположение, что Россия станет другой. Может, вам еще удастся вернуться. И мы бы хотели, чтобы вы вернулись со щитом, а не на щите". Это я запомнил на всю жизнь. Может быть, таким же образом хотели спасти и Бродского, которого через два месяца после меня выдворили из Советского Союза».

Ретроспективно хорошо видно, как с Запада виделось прибытие советских диссидентов. В Железном занавесе тихо приоткрывалась хорошо смазанная калитка, сделав страшное лицо, чекисты выпихивали наружу очередного отпрыска знатных комиссаров и чекистов. Товарищ сперва тревожно, затем вдохновенно озирался, и на его радостном лице читалось, – …да они же тут же все лохи! Будем разводить.

И приступал к делу. Предъявлял людям справку от кураторов о преследованиях властей, грамоту о гениальности от месткома и сертификат непонятности от райкома. После чего товарища брали в дело. Начиналось движение в сторону США. Главная цель советского гада вползти в Америку.
«Я очень люблю свой американский паспорт. Ни на какой другой его не променяю».

Вползли-то в США многие, а толку чуть. А недавно вообще случилась «перезагрузка». Если успею, подробнее позже.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 98 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →