Pioneer (pioneer_lj) wrote,
Pioneer
pioneer_lj

Categories:

Земля крестьянам - 2

(продолжение)


* * *


Так что же Ленин и его большевики, какова их аграрная программа. Разумеется, что передавать земли крестьянским общинам они не собирались, поскольку этот шаг явным образом противоречил бы марксизму. Марксисты поддерживали экономический прогресс и создание крупных аграрно-индустриальных предприятий, а глупая крестьянская община очевидно стояла на пути исторического прогресса. По прибытию в пломбированном вагоне в Россию весной 1917 года Ленин довольно ясно сказал, что землю крестьяне не получат, земля перейдёт в собственность пролетарскому государству.
В.И.Ленин «Задачи пролетариата в данной революции. Апрельские тезисы»
«6. В аграрной программе перенесение центра тяжести на Сов. батр. депутатов.

Конфискация всех помещичьих земель.

Национализация всех земель в стране, распоряжение землею местными Сов. батр. и крест. депутатов. Выделение Советов депутатов от беднейших крестьян. Создание из каждого крупного имения (в размере около 100 дес. до 300 по местным и прочим условиям и по определению местных учреждений) образцового хозяйства под контролем батр. депутатов и на общественный счет».

Большевики предполагали, что будут созданы крупные коммунистические хозяйства, введена всеобщая трудовая повинность, и крестьяне примутся трудиться на коммунистов за нормированный пёк. Следует подчеркнуть, что для большевиков ленинцев карточная система распределения и принудительный труд это не чрезвычайные меры по преодолению голода и разрухи (возникшие в России в результате деятельности, главным образом, большевиков), но именно что коммунистический идеал общественной жизни. Вот что писал Ленин накануне октябрьского переворота:
В.И.Ленин «Грозящая катастрофа и как с ней бороться» (написано 10-14 сентября 1917 г.)
«Что такое трудовая всеобщая повинность? Это шаг вперед на базе новейшего монополистического капитализма, шаг к регулированию экономической жизни в целом, по известному общему плану, шаг к сбережению народного труда, к предотвращению бессмысленной растраты его капитализмом.

В Германии юнкера (помещики) и капиталисты вводят всеобщую трудовую повинность, и тогда она неизбежно становится военной каторгой для рабочих.

Но возьмите то же самое учреждение и продумайте значение его при революционно-демократическом государстве. Всеобщая трудовая повинность, вводимая, регулируемая, направляемая Советами рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, это еще не социализм, но это уже не капитализм. Это — громадный шаг к социализму, такой шаг, что, при условии сохранения полной демократии, от такого шага нельзя уже было бы без неслыханных насилий над массами уйти назад, к капитализму».

Ну, что такое «демократия» при большевиках не надо доказывать даже просоветским товарищам (сам Ленин как бы шутейно именовал советскую власть коммунистической «олигархией», позже мы это увидим). Общий пафос ленинизма таков: быть рабом у капиталиста позорно плохо, а у коммуниста – очень хорошо и правильно.
В.И.Ленин «Удержат ли большевики государственную власть?» (написано в конце сентября - 1(14) октября 1917 г.)
«Хлебная монополия и хлебные карточки созданы не нами, а воюющим капиталистическим государством. Оно уже создало всеобщую трудовую повинность в рамках капитализма, это - военная каторжная тюрьма для рабочих. Но и здесь, как и во всем своем историческом творчестве, пролетариат берет свое оружие у капитализма, а не “выдумывает”, не “создает из ничего”.

Хлебная монополия, хлебная карточка, всеобщая трудовая повинность являются в руках пролетарского государства, в руках полновластных Советов, самым могучим средством учета и контроля, таким средством, которое, будучи распространено на капиталистов и на богатых вообще, будучи применено к ним рабочими, даст невиданную еще в истории силу “приведения в движение” государственного аппарата, для преодоления сопротивления капиталистов, для подчинения их пролетарскому государству. Это средство контроля и принуждения к труду посильнее законов конвента и его гильотины. Гильотина только запугивала, только сламывала активное сопротивление. Нам этого мало».

«Рабочая книжка есть у каждого рабочего. Его не унижает этот документ, хотя он теперь, несомненно, является документом капиталистического наемного рабства, свидетельством на принадлежность трудящегося человека тому или иному тунеядцу.

Советы введут рабочую книжку для богатых, а затем с постепенностью и для всего населения (в крестьянской стране, вероятно, на долгое время рабочая книжка будет не нужна для подавляющего большинства крестьянства). Рабочая книжка перестанет быть признаком “черной кости”, перестанет быть документом “низших” сословий, свидетельством наемного рабства. Она превратится в свидетельство того, что в новом обществе нет больше “рабочих”, но зато и нет никого, кто бы не был работником».

Пункт о трудовой повинности (фактически рабстве) советских граждан был включен в первую советскую конституцию:
Конституция РФСР 1918 года, п.“е”, ст.3, гл.2: «В целях уничтожения паразитических слоев общества и организации хозяйства вводится всеобщая трудовая повинность».


* * *


Теперь обратимся к тексту знаменитого ленинского Декрета о земле.


«1) Помещичья собственность на землю отменяется немедленно без всякого выкупа».

Первый пункт декрета не более чем социально-политическая демагогия, поскольку юридически никакой «помещичьей собственности на землю» давно не существовало, а наличествовала частная собственность на землю, в том числе и крестьянская. Трескучий пункт об экспроприации мифических помещиков маскирует фактический смысл декрета – частную собственность отменяют, реквизированную землю крестьянам не отдадут, это в лучшем случае.
«2) Помещичьи имения, равно как все земли удельные, монастырские, церковные, со всем их живым и мертвым инвентарем, усадебными постройками и всеми принадлежностями переходят в распоряжение волостных земельных комитетов и уездных Советов крестьянских депутатов, впредь до Учредительного собрания».

То есть «помещичьи земли» (фактически все крупные имения и хозяйства) отходят государству, а не крестьянам.
«3) Какая бы то ни было порча конфискуемого имущества, принадлежащего отныне всему народу, объявляется тяжким преступлением, караемым революционным судом. Уездные Советы крестьянских депутатов принимают все необходимые меры для соблюдения строжайшего порядка при конфискации помещичьих имений, для определения того, до какого размера участки и какие именно подлежат конфискации, для составления точной описи всего конфискуемого имущества и для строжайшей революционной охраны всего переходящего к народу хозяйства на земле со всеми постройками, орудиями, скотом, запасами продуктов и проч.»

То есть крестьянам к носу подносят не только дулю, но заодно и волосатый кулак к морде, чтоб не вздумали зариться на чужое, теперь советское государственное добро.

И последний пункт Декрета, который отсылает читателя в бесконечность:
«4) Для руководства по осуществлению великих земельных преобразований, впредь до окончательного их решения Учредительным собранием, должен повсюду служить следующий крестьянский наказ, 18 составленный на основании 242 местных крестьянских наказов редакцией «Известий Всероссийского Совета Крестьянских Депутатов» и опубликованный в номере 88 этих «Известий» (Петроград, номер 88, 19 августа 1917 г.).»

То есть Декрет гласит, что окончательно решить земельный вопрос должно Учредительное собрание (как с ним поступили большевики, известно) на основе неких 242 крестьянских наказов. 242 крестьянских наказа это, конечно, отсылка в астрал. Поскольку грамотно расставив акценты, из 242 крестьянских наказа них можно извлечь чего угодно. И далее в декрете в качестве приложения приведена некая квинтэссенция крестьянских чаяний, как бы выжимка из крестьянских наказов. Что важно, приложение нисколько не увязано с первой частью декрета и даже местами явно ему противоречит. Это очевидная уступка большевиков, но не крестьянам, а эсерам. Фактически в декрет включена эсеровская аграрная программа:

О земле


«Вопрос о земле, во всем его объеме, может быть разрешен только всенародным Учредительным собранием. Самое справедливое разрешение земельного вопроса должно быть таково:

1) Право частной собственности на землю отменяется навсегда; земля не может быть ни продаваема, ни покупаема, ни сдаваема в аренду, либо в залог, ни каким-либо другим способом отчуждаема. Вся земля: государственная, удельная, кабинетская, монастырская, церковная, посессионная, майоратная, частновладельческая, общественная и крестьянская и т.д., отчуждается безвозмездно, обращается в всенародное достояние и переходит в пользование всех трудящихся на ней».

Первым пунктом упраздняется всякое право собственности на землю, в том числе и государственная собственность. Землёй получает право пользоваться всякий, кто пожелает на ней трудится (см. ниже п.6 настоящего документа). В общем, эсеровская демагогия отличалась от большевицкой нюансами.
«За пострадавшими от имущественного переворота признается лишь право на общественную поддержку на время, необходимое для приспособления к новым условиям существования.

2) Все недра земли: руда, нефть, уголь, соль и т.д., а также леса и воды, имеющие общегосударственное значение, переходят в исключительное пользование государства. Все мелкие реки, озера, леса и проч. переходят в пользование общин, при условии заведывания ими местными органами самоуправления.

3) Земельные участки с высоко-культурными хозяйствами: сады, плантации, рассадники, питомники, оранжереи и т.под. не подлежат разделу, а превращаются в показательные и передаются в исключительное пользование государства или общин, в зависимости от размера и значения их».

Ну вот, эсеры тоже не дураки делить крупные сельскохозяйственные предприятия между крестьянами.
«Усадебная, городская и сельская земля, с домашними садами и огородами, остается в пользовании настоящих владельцев, причем размер самих участков и высота налога за пользование ими определяется законодательным порядком.

4) Конские заводы, казенные и частные племенные скотоводства и птицеводства и проч. конфискуются, обращаются во всенародное достояние и переходят либо в исключительное пользование государства, либо общины, в зависимости от величины и значения их.
Вопрос о выкупе подлежит рассмотрению Учредительного собрания.

5) Весь хозяйственный инвентарь конфискованных земель, живой и мертвый, переходит в исключительное пользование государства или общины, в зависимости от величины и значения их, без выкупа.

Конфискация инвентаря не касается малоземельных крестьян.

6) Право пользования землей получают все граждане (без различия пола) Российского государства, желающие обрабатывать ее своим трудом, при помощи своей семьи, или в товариществе, и только до той поры, пока они в силах ее обрабатывать. Наемный труд не допускается.

При случайном бессилии какого-либо члена сельского общества в продолжение 2 лет, сельское общество обязуется, до восстановления его трудоспособности, на этот срок прийти к нему на помощь путем общественной обработки земли.

Земледельцы, вследствие старости или инвалидности утратившие навсегда возможность лично обрабатывать землю, теряют право на пользование ею, но взамен того получают от государства пенсионное обеспечение.

7) Землепользование должно быть уравнительным, т.е. земля распределяется между трудящимися, смотря по местным условиям, по трудовой или потребительной норме.

Формы пользования землей должны быть совершенно свободны, подворная, хуторская, общинная, артельная, как решено будет в отдельных селениях и поселках.

8) Вся земля, по ее отчуждении, поступает в общенародный земельный фонд. Распределением ее между трудящимися заведуют местные и центральные самоуправления, начиная от демократически организованных бессословных сельских и городских общин и кончая центральными областными учреждениями.

Земельный фонд подвергается периодическим переделам в зависимости от прироста населения и поднятия производительности и культуры сельского хозяйства».

Вся Россия как бы превращается в огромную крестьянскую общину. Горячечный бред не хуже чем коммунистический у Ленина.
«При изменении границ наделов первоначальное ядро надела должно остаться неприкосновенным.

Земля выбывающих членов поступает обратно в земельный фонд, причем преимущественное право на получение участков выбывших членов получают ближайшие родственники их и лица по указанию выбывших.

Вложенная в землю стоимость удобрения и мелиорации (коренные улучшения), поскольку они не использованы при сдаче надела обратно в земельный фонд, должны быть оплачены.

Если в отдельных местностях наличный земельный фонд окажется недостаточным для удовлетворения всего местного населения, то избыток населения подлежит переселению.

Организацию переселения, равно как и расходы по переселению и снабжению инвентарем и проч., должно взять на себя государство.
Переселение производится в следующем порядке: желающие безземельные крестьяне, затем порочные члены общины, дезертиры и проч. и, наконец, по жребию, либо по соглашению.

Все содержащееся в этом наказе, как выражение безусловной воли огромного большинства сознательных крестьян всей России, объявляется временным законом, который впредь до Учредительного собрания проводится в жизнь по возможности немедленно, а в известных своих частях с той необходимой постепенностью, которая должна определяться уездными Советами крестьянских депутатов».

И заключительный пункт, который в самом деле должен был обрадовать крестьянскую массу Декрета:
«Земли рядовых крестьян и рядовых казаков не конфискуются».

Следовало бы прибавить: пока не конфискуются.

Имел ли декрет о земле тот потрясающий эффект в крестьянской среде, который ему приспала советская пропаганда. Нет, конечно. Как мы видели, в нём нет ничего особенно привлекательного для крестьян. Земли им никто не обещает, а грозятся отобрать в пользу государства помещичье добро. Следует иметь в виду, что летом 1917 года разнообразные революционеры (далеко не одни большевики) науськали крестьян разграбить «помещиков», то есть крупные соседние хозяйства. И декларация насчет «помещичья собственность на землю отменяется немедленно без всякого выкупа» для крестьян была не слишком актуальна.

К тому же противоречивый и мутный декрет о земле формально действовал лишь до разгона большевиками Учредительного собрания в январе 1918 года, а после начались совсем другие законы. Так что историческое значение декрета сводится исключительно к последующему пропагандистскому одурачиванию советского населения насчет поддержки благодарными крестьянскими массами большевиков и Ленина.

* * *


(продолжение)
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author