Pioneer (pioneer_lj) wrote,
Pioneer
pioneer_lj

Category:

Мы в такие шагали дали…

Прочитал рассуждения Сергея Обогуева о советском компьютере и вспомнил вычислительную спецсистему образца начала 60-х, которую мне довелось увидеть в конце 80-х. Она находилась в огромном наглухо обшитом железным листом, выкрашенном в серебристый цвет, действительно огромном здании. И предназначалась для обслуживания некого циклопического изделия, расположенного «на крыше» этого сооружения. Так вот, на одном из этажей в зале величиной с половину футбольного поля располагались элементы памяти спецвычислителя. Элемент представлял собой тёмный металлический цилиндр диаметром около метра и длинной метра полтора, лежал, наполовину возвышаясь над полом зала. Таких цилиндров было там великое множество. Каждый цилиндр по сути магнитная ячейка памяти ёмкостью 800 бит. В 60-х оно всё работало и довольно эффективно.

Насмотрелся я тогда на следы деятельности советского ВПК за 40 лет. Кто подобное видел, для того «Сталкер» Тарковского голимый гламур. Особенно вечером в тумане зрелище впечатляло. Мало того, что архитектурные формы загадочно прихотливы, так они ещё и гигантские. И всё это посреди голых степей и полупустынь. На этом фоне готические ужасники детские страшилки.

А действительно, почему советская промышленность не сумела одолеть компьютеризацию. Ума не хватило? Ерунда, советские технические специалисты по квалификации, в общем, не уступали мировому уровню, те же разработчики «Эльбруса» впоследствии прекрасно устроились на Запада. Замечу, советские гуманитарии имеют гаденькую привычку презрительно отзываться о советских естественных и технических науках, но это они по себе судят. Советский гуманитарий мало того, что в среднем чрезвычайно глуп (грубо говоря, если среди элиты советских специалистов в научно-технической сфере умные люди составляли процентов 20, то среди гуманитариев от силы 1,5% и их положение среди коллег незавидно), гуманитарная сфера в совдепии была фундаметнально придурковатая, придавлена марксизЬмом и загажена партийностью. Перед советским ВПК всё-таки стояла задача не уступать и по-возможности обгонять Запад, а от советских гуманитариев требовалось как можно более натурально придуриваться (исключения редки).

Полагаю, отставание советских компьютерных технологий носило преимущественно системный характер, в основном по социальным причинам. Создание атомной отрасли в СССР сопровождалось социальными мерами по резкому увеличению материального обеспечения и повышению социального престижа инженеров и физиков. Вторая половина 40-х это пик социального подъема элиты советских технических специалистов, в дальнейшем относительный социальный статус лишь ухудшался. Фактически выделение «физиков» как интеллектуальной элиты общества для советских условий являлось небольшой контрреволюцией. Повышение материального и социального статуса технических специалистов в 30-е (на фоне усиление политического террора, не следует забывать), в общем и целом, рассматривалось советскими коммунистами как временная уступка, вынужденная проводимой индустриализацией, пока не будут выкованы свои родные кадры из рабочих и комсомольцев. Неявно предполагалось, что инженер и ученый из рабочих и крестьян по своей классовой сущности так и останется рабочим и крестьянином. Как члены Политбюро, проведя молодость на заводе, всю остальную номенклатурную жизнь считались как бы рабочими по своей подлинной классовой сути. Существование некого особенного интеллектуального слоя советской общественной концепцией социализма принципиально не предусматривалось. И хотя численность советской интеллигенции, клерков и прочих работников умственного труда, к 70-м годам достигла четверти населения, идеологически интеллигенция рассматривалась как некая «прослойка», и формально числилась в качестве «служащих».

Повышение социального статуса «физика» вынудило советский агитпроп выработать примирительное отношение к явлению, скорректировать большевицкое отношение к образованцу как ненадёжному классовому элементу, паникёру и потенциальному вредителю. В советском искусстве сперва был создан образ ученого как безобидного чудака, а затем «секретного физика» - оторванного от жизни романтика атомов и синхрофазотронов. Которому чудаку снисходительно покровительствовал секретарь парткома из рабочих и колхозников.

Социальный импульс конца 40-х начала 50-х иссяк, и система работала по инерции. В 70-80-х советских клерков именовали инженеры, встречалась даже должность «инженер по прописке».

В 60-70-е годы от советского руководства для создания советской компьютерной отрасли требовалось адаптировать сложившуюся социально-бюрократическую систему к новым вызовам. То есть было необходимо принять аналогичные сталинским контрреволюционные меры: поставить конкретные технические задачи, выделить материальные ресурсы, ограничить парткомы, избавить людей от советского мракобесия, типа работы инженеров и ученых в колхозах, на стройках и овощебазах. Для брежневской эпохи это оказались неподъемно революционные меры, советская правящая элита умственно уже не была способна ни к каким разумным трансформациям системы. Старички консерваторы из Политбюро правили страной из реанимаций, затем пришедшие им на смену молодые реформаторы по скудоумию попросту развалили страну.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 259 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →