Два имперца
Когда узнал, что Чубайс дал интервью газете «Завтра», то первым моим побуждением было упасть со стула. Однако преодолел в себе это вполне естественное желание, поскольку падать со стула неудобно и чревато ушибами.

Нет, то что Проханов славит великого строителя плотин Чубайса, оболганного врагами советского народа, это я вполне понимаю. Чего ж тут неясного. Это так же по-человечески понятно как прохановские славословия Космическому Императору Путину. Но ведь интервью означает, что Чубайс сам сделал шаг навстречу «Завтра», а это уже сенсация. Почему молчат либералы?!.. Или я что-то пропустил.

«РОССИЙСКИЙ КАПИТАЛИЗМ: ОТ ПЕРВОНАЧАЛЬНОГО НАКОПЛЕНИЯ КАПИТАЛА — К РАЗВИТИЮ»

Председатель Правления РАО «ЕЭС России» Анатолий Чубайс беседует с редактором «Завтра» Александром Прохановым

Надо сказать, что когда Галактическое Политбюро вели советским патриотам совершить какую-нибудь гнусность, ну там очередное предательство, то замполиты делаются гомерически многословны. Интервью с Ржавым занимает две газетные полосы убористого шрифта. Нетренированный человек не в состоянии прочитать это текст. Я хоть и после отпуска, а не решился травмировать организм. Заглянул лишь в начало:

Александр ПРОХАНОВ: «Анатолий Борисович, я бы хотел начать нашу беседу с благодарности за посещение Бурейской ГЭС. За ту возможность, которую вы мне предоставили. Я был восхищен стройкой, этой энергетической мегамашиной, людьми, которые в ней задействованы. Эта поездка на Дальний Восток стала для меня стимулом важных мировоззренческих процессов. Повлияла на мои представления о возможностях и путях нашего российского Ренессанса».

Анатолий ЧУБАЙС: «Александр Андреевич, для меня тоже были чрезвычайно интересны ваши впечатления. Скажу прямо, за восемь лет моей работы в энергетике впервые довелось познакомиться с текстом такого класса. С такой насыщенностью, содержательностью, внутренним напором…»

Ну и так далее. Дас ист фантастишен. Раблезиански роскошное политическое совокупление двух знатных мужей, прежде непримиримых идеологических врагов. Вот что творит взаимное имперское влечение.

Там ещё и картинка замечательная. Атлет с эмблемой солнца на груди, аллегорическая фигура прекрасного Чубайса, пожимает руку советским патриотам. С умилением на имперский союз взирают с икон святые. А бесы, отвергнутые аллегорическим Чубайсом, дико воют и трепещут, чуя свою неминуемую погибель.

…но как же Квачков? От его имени в «Завтра» публиковались пламенные воззвания, где объяснялось, что покушение на ненавистного Чубайса это законный акт партизанской народно-освободительной борьбы. Пользуясь случаем, что теперь они с Чубайсом братья-соимперцы, Проханов в заключение задушевной беседы воззвал к милость к падшим:

Александр ПРОХАНОВ: «… Есть человек, которого вы считаете своим потенциальным убийцей. Суд покажет, так это или нет. Думаю, что дело развалится. Но вероятна ли такая ситуация — может быть, это уже за пределами ваших возможностей, ибо дело пошло по линии судопроизводства, — вероятна ли ситуация, что вы снимете с Квачкова ваши претензии? Вдруг отойдете в сторону и скажете: "Я не хочу этим заниматься, пусть он будет свободен". Вы не могли бы — в силу, скажем, неординарности вашей натуры — проанализировать такую возможность?»

Анатолий ЧУБАЙС: «Я думал об этом, и такой вопрос себе задавал. Я не дам вам полного ответа, но поделюсь несколькими своими мыслями. Тем более что на решение суда моя позиция никак не повлияет.

Я не рассматриваю все случившееся как личное противостояние, и потому не считаю Квачкова своим личным врагом, не желаю ему ни смерти, ни страданий. Если он получит большой срок, я не обрадуюсь, маленький — не огорчусь, вообще выпустят — бог ему судья.

А вот чего я точно не прощу и чего прощать в нашей стране, считаю, нельзя, это террора как метода. Мы в России лучше, чем многие другие, знаем, что в результате террора как индивидуального, так и государственного, останавливается развитие страны, а жертвами становятся не только сами пострадавшие, но и весь народ. К большому моему сожалению, правоту этих слов подтверждают и самые последние события в стране, в том числе и кровавый теракт в Москве с одиннадцатью убитыми, совершенный людьми с теми же убеждениями, что и у Квачкова. Спросите о прощении Квачкова тех людей, которые проезжали в тот день рядом с местом взрыва и были, чудом, не убиты, не контужены, да просто напуганы, чьи машины, на свои трудовые деньги купленные, пострадали от взрыва. Спросите тех, кто завтра поедет с внуками на дачу, да и попадет под огонь еще каких-нибудь "патриотов". Ведь они обстреляли и взрывали обыкновенное подмосковное шоссе, забитое машинами в часы пик, когда утром люди едут на работу. Спросите у ребят из моей охраны, которые прошли Чечню и просто чудом не попали под те 18 пуль и осколков, которые прошили их машину». …

Вот он какой Чубайс – не о себе печется, а о невинных трудящихся, простых людях.

«Ну а выводы из случившегося я сделал. Стреляли в меня для того, чтобы остановить, не дать доделать то, что я и мои товарищи делаем последние пятнадцать лет. Сразу после покушения, еще до ареста Квачкова, меня спросил кто-то из журналистов — измените ли вы теперь вашу жизнь на ближайшие годы? Я сказал — да, изменю. У меня есть на этот период времени две важнейшие задачи: первая — это продолжение и завершение реформы энергетики, и вторая — победа демократов на выборах в Госдуму в 2007 году. Так вот теперь, не изменив ни ту, ни другую, я буду решать их с удвоенной силой. Ну а сейчас, говоря с вами через полтора года после покушения, я могу сказать, что ровно так я и действовал всё это время, и ровно так буду действовать дальше.

Чтобы увидеть всю картину, скажу о том, что я задал себе и обратный вопрос: а возможна ли ситуация в стране, при которой я бы оказался вместе с Квачковым полностью, абсолютно на одной стороне? И для себя ответил: да, возможна. Например, внешняя агрессия. При всех различиях между нами, он — как теперь понятно — человек действия, и я человек действия. Надеюсь, правда, что до этого все-таки не дойдет».

Александр ПРОХАНОВ: «А теперь представьте, Анатолий Борисович, что нет никакой внешней агрессии, и враг не стоит у порога, и по московским улицам не грохочут танки супостата, а вы сидите в своей овальной гостиной с человеком, чье мировоззрение не отличается от мировозрения полковника Квачкова и даете ему интервью. Спасибо вам за беседу».

Однако Чубайс видимо всё-таки слышит лязг гусениц и видит, что некий враг стоит у порога…

Середину интервью не осилил, кто сможет превозмочь, пусть расскажет людям, о чем там.